Российско-украинский конфликт в сентябре 2026 года: Россия старается разрушить инфраструктуру Украины, Европа старается её финансировать, США стараются со всеми договориться, Украина старается выстоять.
За последний месяц события вокруг российско-украинского конфликта и в мире в целом качественно изменились, что соответствует прогнозам Книги перемен. Россия перешла к масштабным ударам по украинской инфраструктуре; в Германии оппозиционная АдГ выходит на первое место на выборах в двух землях; американские посредники снова мечутся между Москвой и Киевом. Однако согласованных условий окончания войны по-прежнему нет. Почему столько действий не складываются в результат?
Тыл без передышки
С 29 августа по 25 сентября российское Минобороны сообщило о шести массированных и 35 групповых ударах по Украине. В последующие дни атаки продолжились; 29 сентября ведомство отдельно объявило ещё об одном групповом ударе. Это число операций по версии Москвы, а не подтверждённых разрушений.
По заявлениям президента Украины, за три недели с 7 по 27 сентября Россия применила примерно 6,3 тысячи ударных беспилотников, 135 ракет и около 5 тысяч авиабомб. Два последних дня сентября в эту сумму не входят. Авиабомбы применяются в том числе у линии фронта, поэтому их нельзя целиком относить к ударам по тылу.
Повреждения энергетики дополняются ударами по предприятиям, складам и логистике. Для Украины это одновременно затраты на ремонт, потеря производства и давление на доходы семей. Однако страна сохраняет способность работать и восстанавливать разрушенное, выступая в качестве плацдарма противостояния России и Запада.
Эта способность зависит от поставок ПВО, внешнего финансирования и возможности проводить ремонт между атаками. Назвать точный срок, на который хватит такого запаса прочности, затруднительно. Еще более затруднительно сказать, кто будет восстанавливать страну, и откуда возьмутся люди. Но конфлит для начала нужно закончить.
Стойкость без облегчения
Что касается человеческого ресурса, нехватку людей ощущают и армия, и экономика. Вопрос не в том, «заканчиваются» ли украинцы, а в том, сколько работников можно мобилизовать, не остановив предприятия и службы. Пока мобилизационный резерв есть, и «бусификация» идет полным ходом.
Если посмотреть с точки зрения рядового жителя, люди постепенно приспосабливаются к ухудшению быта, тем более что напряжение нарастает постепенно. Общество консолидировано перед лицом общего врага. Однако коррупционные скандалы набирают обороты, а само это приспособление к новым условиям не отменяет растущего ущерба.
Россия тоже несёт издержки, особенно в приграничных регионах и Крыму, где атаки дронов, тревоги и перебои со связью стали частью повседневности. В остальной стране война влияет на расходы и семьи военнослужащих, но для большинства жителей пока не меняет привычный порядок жизни.
Поддержка без единодушия
Евросоюз запустил кредитную программу на 2026–2027 годы для работы украинского государства и закупки вооружений. Европейские страны стали крупнейшими поставщиками военной помощи, хотя для части систем ПВО сохраняется зависимость от американского производства. Пока согласованные средства поступают, Украина может поддерживать бюджет и оборону; самостоятельно покрывать все военные и государственные расходы она не способна.
Однако новые решения о помощи всё заметнее зависят от внутренней политики Европы. В Германии АдГ заняла первое место на сентябрьских выборах в двух восточных землях, во Франции оппозиция выступает против дальнейшего финансирования Киева. Это не означает немедленного прекращения поддержки, но увеличивает цену каждого следующего решения для правительств.
Фронт без перелома
Российские войска продвигаются на отдельных участках, украинские возвращают позиции в районе Лимана. По картам независимых наблюдателей линия фронта меняется медленно. Оценки площади различаются: занять территорию, закрепиться на ней и зачистить «серую зону» — разные вещи. Заявления сторон о продвижении следует читать с учётом этой разницы.
Переговоры без сделки
Американские посредники восстановили контакты с Москвой и Киевом, подключили европейцев и обсуждают промежуточные меры: ограничение ударов по энергетике и безопасность вывоза зерна. Такие договорённости могли бы уменьшить ущерб, но не завершили бы войну. К концу сентября стороны не согласовали даже условия ограниченного перемирия, а трёхсторонняя встреча не назначена.
Почему конца не видно
С учетом новой стратегии по уничтожению украинской промышленности и инфраструктуры Россия считает, что может требовать мира на своих условиях.
Западные правительства (особенно в Европе) тоже очень хотят предъявить своим избирателям не просто соглашение, а убедительный образ победителя. Понимание, что это будет трудно, если не невозможно, постепенно приходит. Однако правительствам, втянувшим свои страны в эту авантюру, крайне сложно объявить о своей ошибке избирателям. Отсюда расчет на затягивание войны, а там — вдруг что-то получится.
Пока каждая сторона рассчитывает или надеется добиться решительного успеха, ни интенсивность ударов, ни частота переговоров не позволяют предсказать даже приблизительный срок окончания конфликта.
