Удар США по ядерным объектам Ирана стал выходом из политического тупика для Трампа. Что это значит для остальных игроков? (В публикации есть ссылки на ролики YouTube)
Две недели назад “Книга перемен” показала, как Белый дом оказался в тисках неразрешимого противоречия. Президент стоял перед выбором, который грозил расколоть и его администрацию, и страну.
С одной стороны — мощное внутреннее лобби и ключевой электорат. С другой — интересы национальной безопасности, требующие не допустить сползания в полномасштабный ближневосточный конфликт.
Давление усугублялось нависающей угрозой экономического кризиса и растущим недовольством внутри собственной партии. И эта операция принесла неоспоримые дивиденды во внутренней политике (подробности в ролике на YouTube).
Прагматик в кризисных условиях
Казалось бы, ситуация патовая. Однако нынешний хозяин Овального кабинета в очередной раз доказал, что его репутация «мастера сделки» и умение выходить из самых безнадежных ситуаций, пусть и через банкротство, — не просто миф. По нашему убеждению, это именно тот тип прагматичного и гибкого лидера, в котором США нуждались последние десятилетия.
Его уже списывали со счетов (не раз в его жизни). Критики клеймили как болтливого шоумена, а список реальных достижений сводили к внутренней миграционной политике. Впрочем, выдворение лишних людей из страны тоже оказалась палкой о двух концах, ударив по малому и среднему бизнесу, оставшемуся без дешевой рабочей силы.
Во внешней политике президенту так же ставили жесткий ноль. Теперь же Дональд Трамп не просто избежал политического поражения — он совершил почти невозможное, сумев символически удовлетворить все противоборствующие стороны.
Итоги его действий говорят сами за себя:
- Удар по Ирану? Нанесен. Союзник (Израиль) защищен, а престиж и сила США продемонстрированы без лишней риторики.
- Эскалация на Ближнем Востоке? Остановлена. Полномасштабная война, в которую могли быть втянуты американские войска, была предотвращена.
- Новые фронты? США не ввязались в новую длительную войну, отстаивая свои интересы точечно и расчетливо.
Кризисный менеджер империи
Трамп нашел тот самый минимально достаточный уровень силы, который позволил сохранить лицо, успокоить союзников и избежать катастрофы. В условиях, когда любой традиционный политик почти гарантированно проигрывал, он извлек из кризиса победу. Пусть и тактическую, но крайне важную. Теперь он не только герой с плаката, но и эффективный менеджер имперского кризиса.
И политическая машина США вынесла свой вердикт не в телеэфирах, а путем голосования. Когда в Конгрессе подняли вопрос об импичменте за якобы “непропорциональный” ответ, инициатива была с треском провалена. За импичмент проголосовали лишь 79 демократов, выразивших свое ритуальное недоверие. Против же выступила коалиция из 344 конгрессменов — все республиканцы и 128 демократов, которые предпочли реальную безопасность партийной риторике.
Иранский гамбит: ищем победителей
В этой истории, как это часто бывает на Ближнем Востоке, проигравших нет. И если Вашингтон и Тель-Авив подсчитывают политические дивиденды, то Тегеран проводит куда более сложную игру, где символические удары стали лишь частью стратегического расчета.
Стратегия «китайского последнего предупреждения» – рабочий метод. Тегеран умудрился сохранить лицо, сберечь свою ядерную программу и, главное, избежать национальной катастрофы. Ценой нескольких пусковых установок он купил себе право медленно, но верно возвращать утраченный исторический вес в регионе.
Однако главная победа Тегерана — не на поле боя, а в сфере ядерного дозирования. Вероятность создания Ираном ядерного оружия теперь не просто возросла — она стала практически необратимой. Как верно заметили наши читатели, у «партии бомбы» внутри иранского руководства теперь прибавилось не только сторонников, но и железных аргументов.
Наука и религия
Технический аргумент таков: Тегеран уже довел обогащение урана до 60%. Для энергетических реакторов нужно 5%, для оружия — 90%. Эти оставшиеся 30% — уже не вопрос фундаментальной науки, а сугубо инженерная задача. Технологии известны десятилетиями, а помощь оказать может тот же Пакистан, или КНДР. Для Пхеньяна ядерный арсенал — единственная гарантия выживания режима, и он внимательно следит, так как, если дожмут Тегеран, следующей мишенью станет Северная Корея.
Единственное, что сдерживает теократическую республику от последнего шага — религиозный запрет аятоллы Хаменеи. Но здесь возникает вопрос: а если Верховный лидер в решающий момент сможет/решится найти богословское обоснование и договорится с Аллахом о необходимости защитить исламскую республику любыми средствами? История показывает, что теология часто уступает место прагматизму.
Гонка вооружений на Ближнем Востоке
Операция в целом все больше напоминает тайную договоренность, о которой говорили наши читатели, и что подтверждается источниками (см. предыдущий ролик YouTube). Когда стороны заранее предупреждают о времени и целях ударов — это не война. Это ритуал, дорогостоящее шоу для внутренних и внешних зрителей.
Но даже в этом шоу были крайне показательные моменты. Иран наглядно продемонстрировал, что его арсеналы — не бутафория. Кроме того, Тегеран не раз уже демонстрировал, что его ракеты долетают и попадают (сигнал был отправлен миру еще в 2020 г. после ликвидации Касема Сулеймани).
Вашингтон, между тем, получил свой временный триумф, Тель-Авив — подтверждение надежности союзника, а Тегеран — карт-бланш на ускорение самой опасной программы на планете. Цена этого шаткого равновесия — будущая гонка ядерных вооружений на Ближнем Востоке. И в этой гонке счет идет уже не на годы, а на месяцы.
Нераспределенный убыток
В этой сложной ближневосточной партии, безусловно тактической победы добились Трамп и Нетаньяху. Однако это не убережет Израиль от стратегического проигрыша, как уже не однократно говорилось в “Книге перемен”.
Жесткая риторика нынешнего руководства сионистской страны столкнулась с довольно ограниченным результатом. Оппозиция, во главе с нашим бывшим соотечественником Авигдором Либерманом, не без оснований критикует премьера.
Иран, получив символические удары, не только НЕ был «добит», но и вышел из противостояния в образе «раненого льва», чья ядерная программа осталась нетронутой. Вопрос, который звучит все громче: на что рассчитывали в Иерусалиме, если изначально не было готовности идти до конца?
Продолжение перманентной войны низкой интенсивности наиболее вероятно. Израильские «затейники» будут готовить новые «взрывоопасные шоу» — точечные ликвидации, кибератаки, диверсии. Это неизбежно приведет к дальнейшей эскалации, вызывая волну негодования уже не только в арабском, но и во всем мусульманском мире. А значит будут новые ракетные обстрелы с территории Ливана и обострение в секторе Газа.
Американский триумф и российские дилеммы
Главный же вопрос: как Дональду Трампу удалось из безвыходной ситуации выйти с упрочившимися позициями? Его мастерство политического канатоходца вызывает желание аплодировать стоя.
Однако для Москвы триумф Вашингтона — не повод для оваций, а серьезный повод задуматься. Резко возросший политический капитал Трампа означает, что у США появилось значительно больше рычагов давления для ускоренного продвижения своих интересов по всему миру, и в первую очередь — для подписания мирного соглашения между Москвой и Киевом на выгодных Вашингтону условиях.
Кремль продолжает занимать жесткую и принципиальную позицию. Столкновение двух непримиримых подходов — усилившегося американского давления и российской непреклонности — неминуемо ведет не к диалогу, а к дальнейшему и достаточно резкому охлаждению отношений. Вашингтон, окрыленный успехом на Ближнем Востоке, будет действовать еще более уверенно и напористо. А это значит, что геополитическая турбулентность для России только возрастает.
