Победа на выборах мэра Нью-Йорка индуса-мусульманина африканского происхождения, получившего гражданство США в 2018 году, Зохрана Мамдани – яркий показатель центробежности политических сил.
Внутренняя ситуация в Соединённых Штатах остаётся напряжённой. По сообщениям американских СМИ, ряд ключевых членов администрации был переведён на военные объекты — формально из соображений безопасности. Этот шаг символичен: он отражает уровень внутреннего беспокойства в политической элите страны и усиливающееся ощущение нестабильности.
Корни популизма: когда народ перестаёт верить элите
Слово популизм нередко используется как упрёк, но его смысл глубже. По сути, populus в переводе с латыни — это «народ», так же как δῆμος (демос) по-гречески. И если демократия — это власть народа, то популизм — это требование вернуть этой власти реальное содержание. Популизм возникает тогда, когда люди ощущают, что их интересы перестали быть услышаны в представительской демократии.
Экономические корни этого кризиса хорошо известны. Ещё французский экономист Тома Пикетти показал, что начиная с 1970-х годов в США произошёл разрыв между ростом производительности труда и уровнем зарплат. Рабочие стали производить больше, но получать меньше. За полвека этот разрыв превратился в пропасть.
Одновременно рухнуло доверие к государственным институтам. Если в начале 1970-х годов Конгрессу доверяло около 90% американцев, то сегодня — не более 10%. Это обрушение доверия стало питательной средой для популистских движений — и справа, и слева.
Каждый спасает Америку по-своему
Современная Америка переживает не просто политическую конкуренцию — она переживает раскол элит. Разные группы видят разные пути выхода из системного кризиса и борются за влияние, предлагая собственные версии «возвращения к народу». Так сформировались два типа популизма.
Правый популизм, представленный Дональдом Трампом, делает ставку на дерегулирование, защиту бизнеса и борьбу с идеологией «diversity, equity, inclusion». Его лозунг — «Америка прежде всего», а опора — глубинная страна, малые предприниматели, фермеры и традиционные семьи.
Левый популизм, напротив, видит источник неравенства не в мигрантах, а в капитале. Его символом остаётся Берни Сандерс — социалист, которому так и не позволили стать кандидатом от Демократической партии. Левые популисты выступают за прогрессивное налогообложение корпораций, расширение социальной поддержки и защиту меньшинств.
Эти два полюса живут в разных мирах. Правый популизм силён в промышленной глубинке, где фабрики закрылись, а мечта о стабильной работе ушла в прошлое. Левый — на прибрежных территориях, где экономика остаётся относительно устойчивой, а иммиграция воспринимается как часть глобальной нормальности.
Серп и молот по-американски
Нью-Йорк стал наглядным примером этой новой реальности. Победа выходца из семьи африканских индусов, мусульманина и открытого социалиста Мамдани на местных выборах показывает, насколько сильны в мегаполисах про-социалистические и антикапиталистические настроения. Это не просто эпизод — это симптом глубокой трансформации американского политического ландшафта.
Победа Мамдани в Нью-Йорке не станет серьёзным ударом для Дональда Трампа. Хотя именно этот город дал ему старт в бизнесе и политике, Нью-Йорк давно перестал быть «его территорией» — либеральная метрополия традиционно враждебна трамповскому стилю и риторике. Здесь победа оппозиции скорее подтверждает старую закономерность: чем выше небоскрёбы и плотнее элиты, тем меньше голосов за Трампа.
Мамдани часто изображают с советской символикой – серпом и молотом1. Однако при всей яркости образа советского агитплаката и любовь Берни Сандерса к Советскому Союзу, модель будущего, к которой тяготеют американские левые, ближе не к советскому, а к скандинавскому социализму — капитализм с высокими налогами, перераспределением и акцентом на социальной справедливости.
Америка впадает в крайности
Между правыми и левыми популистами политический центр растворяется. Традиционные различия между республиканцами и демократами теряют смысл — теперь борьба идёт не между партиями, а между мировоззрениями. В Калифорнии и Нью-Йорке формируется левая Америка с социальными и этническими акцентами. В глубинных штатах — правая Америка, настроенная против глобализма и за национальное возрождение.
Так формируется новый американский парадокс: страна, долго служившая примером «центристской стабильности», теперь живёт в условиях взрывоопасной поляризации. Элиты больше не едины, а общество всё чаще задаёт вопрос: кто же на самом деле представляет народ?
- На фасаде Букингемского дворца и других британских королевских резиденций XIX века можно увидеть декоративные барельефы с серпом, молотом, якорем, снопом пшеницы и т.д. Изображение орудий труда как символа труда, земледелия и ремёсел были распространены в архитектуре эпохи Виктории. ↩︎
