Страны Ближнего Востока сближаются, несмотря на многовековые разногласия. Агрессивные действия Израиля подталкивают арабский мир к созданию собственной системы безопасности, независимой от США.
Антиизраильская риторика на Ближнем Востоке — не новость. Но сейчас мы наблюдаем качественный сдвиг. Поведение Израиля превращает некогда призрачную вероятность объединения мусульманских стран во всё более реальный сценарий, перевешивая внутренние противоречия. Тем более что некоторые страны к такому сценарию готовились загодя. Недавно объявленный военный союз между Пакистаном и Саудовской Аравией — это не случайность, а логичный итог многолетней стратегии и меняющейся геополитической конъюнктуры.
Как Эр-Рияд готовил себе «страховку»
В 1947 году Пакистан стал независимым государством, и саудиты сразу наладили с молодым государством тесные взаимоотношения. Эр-Рияд видит себя лидером мусульманского мира, поскольку Мекка и Медина, традиционные места паломничества мусульман, находятся на их территории. После изоляции Ирана (следствие исламской революции 1979 года), саудиты стали главной опорой США в исламском мире.
Между тем еще в 70-х быстрый экономический рост привлек поток гастарбайтеров из Пакистана. Нищета пакистанского народа в сравнении с богатствами соседей-мусульман породила нарратив о могуществе правильной веры – ваххабизма, который продвигался на государственном уровне в Саудовской Аравии. Хотя в обеих странах преобладающее большинство – сунниты, у них разные религиозные традиции.
Научная группа, проводившая пять одновременных подземных ядерных вызрывов (Chagai-I — кодовое название испытаний) 28 мая 1998 года. Пакистан, округ Чагай, холмы Рас-Кох.
До 70-х в Пакистане, как в Средней Азии или Татарстане, господствовала ханафитская школа ислама. Но нехватка денег не позволяла правительству даже ликвидировать безграмотность. И саудиты финансировали школы — но при этом религиозные школы. Тем самым Эр-Рияд формировал будущий идеологический ландшафт страны. Кто учит население — тот и владеет его приоритетами.
Не менее важным было сотрудничество в военной сфере. В 1972 году после тяжелого поражения от Индии Пакистан развернул собственную программу по созданию ядерного оружия, а Саудовская Аравия профинансировала секретный «Проект-706». Результат — ядерные испытания 1998 года и последующие санкции против Пакистана, которые Эр-Рияд смягчил, бесплатно поставляя нефть. Это была не просто помощь союзнику — это создание собственного, контролируемого ядерного потенциала в обход американских ограничений.
Кроме того, саудиты вместе с Китаем финансировали пакистанских наемников, участвовавших в советско-афганской войне на стороне моджахедов. Пакт между Эр-Риядом и Исламабадом — это история стратегических инвестиций с прицелом на десятилетия вперед.
Сделка века от Киссинджера и ее конец
Долгие годы безопасность монархий Персидского залива зиждилась на «сделке века» от Генри Киссинджера: безопасность в обмен на нефть. США гарантировали защиту, а Саудовская Аравия и ее соседи поставляли углеводороды по стабильным ценам и только за доллары. Прежде чем объяснить, почему эта модель уже не работает, опять дадим исторические пояснения.
В 1971 году, когда Никсон отказался от золотого стандарта, доллар резко упал, а в октябре 1973-го случилась очередная война между Израилем и арабскими странами (Сирия, Египет, Ирак, Иордания). Тогда ОПЕК объявила бойкот по продаже нефти сторонникам Израиля.
И в США разразился топливный кризис на фоне галопирующей инфляции. За бензином выстраивались огромные очереди. Эмбарго длилось полгода. Этого хватило, чтобы США наладили отношения со странами Персидского залива через параллельную дипломатию, в которой принимал активное участие Киссинджер. Тогда и была заключена сделка – безопасность в обмен на углеводороды.
Но в начале 21 века ситуация изменилась. С одной стороны, агрессивная поддержка Израиля, вторжение в Ирак и в Афганистан подорвали сформировавшееся доверие арабских партнеров. С другой – сланцевая революция (fracking) сделала США крупнейшим производителем нефти и газа. Вашингтон всё менее зависит от ближневосточной нефти, а значит, и ценность сделки Киссинджера для него упала.
Последней каплей стали удары Израиля по территории Катара, где расположена крупнейшая американская база. Сложившаяся ситуация показала: Вашингтон то ли не может, то ли не хочет сдерживать Израиль. Таким образом, американские гарантии безопасности де-факто обесценились.
Арабы всех стран, объединяйтесь
Идея создания регионального оборонного альянса на Ближнем Востоке по образцу НАТО не нова. Еще в 2015 году Лига арабских государств предлагала создать совместные антитеррористические силы, а в 2017 году Саудовская Аравия открыто заявила о проекте «арабского НАТО» как механизме коллективной безопасности. Эти инициативы стали закономерным развитием дискуссий, которые велись в арабском академическом сообществе с 2011 года, где рассматривались варианты трансформации Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива в оборонный союз и введение единой валюты.
Американская администрация заговорила об этом в первый срок Трампа, затем активно включилась в этот процесс при Байдене, предложив в 2022–2024 годах создать блок с участием шести стран Залива, Египта, Иордании, Ирака и Израиля. Однако подобные проекты имеют глубокие исторические параллели — еще в 1955 году Вашингтон инициировал Багдадский пакт, который столкнулся с резким противодействием со стороны Египта и Саудовской Аравии и в итоге привел к Суэцкому кризису 1956 года.
Ключевым осложнением всегда оставалась палестинская проблема и позиция стран, не готовых к нормализации отношений с Израилем. Был частичный прогресс в 2020-2021 годах, когда ОАЭ, Бахрейн, Марокко и Судан пошли на установление дипломатических отношений с Тель-Авивом. Но региональные противоречия и различное восприятие иранской угрозы не позволили преодолеть многолетнее наследие взаимного недоверия.
Усилия Вашингтона тогда преследовали три ключевые цели: сдерживание российского влияния в регионе, создание переговорного рычага в диалоге с Ираном и институционализация военного сотрудничества между Израилем и арабскими государствами.
Один враг на всех
Исторический опыт показывает, что навязанные извне альянсы редко оказываются устойчивыми в сложной системе ближневосточных противоречий. Но наличие естественной серьезной угрозы вынуждает объединиться самых заклятых друзей.
Так и Тель-Авив своей милитариской политикой заставляет идти на сближение исторических противников. Восстановление отношений между Саудовской Аравией и Ираном — ярчайший пример. Формирование большой исламской коалиции будет медленным, но необратимым процессом. Израиль для этого делает все.
