Осенью 2026 г. США приближаются к выбору между двумя стратегиями: сосредоточиться на Западном полушарии или продолжить отстаивать роль главной мировой державы. Развязка в ноябре.
Америку бросает из стороны в сторону. Команда Дональда Трампа шла во власть с достаточно ясным представлением о том, какой должна стать внешняя политика США: меньше заниматься переустройством далёких стран, заставить союзников самим платить за собственную безопасность и сосредоточить основные силы на Западном полушарии. Но сейчас все иначе.
Маятник американской политики
В декабре 2025 года Книга перемен подробно разбирала эту стратегию. Концепцию можно условно назвать возвращением к доктрине Монро. Новая Стратегия национальной безопасности США закрепила приоритет Западного полушария уже официально.
У этой линии есть простая географическая логика: «крепость Америка» защищена двумя океанами, а в собственном полушарии у США нет сопоставимого конкурента. Причём Элбридж Колби (ныне зам. военного министра по политическим вопросам) продвигал идею концентрации американских сил ещё до возвращения Трампа в Белый дом.
Но в начале 2026 Израиль втянул США в конфликт с Ираном. Вашингтон оказался ровно там, откуда новая администрация хотела постепенно выбираться, — в большом ближневосточном конфликте.
В марте КП писала о несогласованности между «правым и левым полушариями головного мозга» американской администрации, условно представленными Марко Рубио и Джей Ди Вэнсом. Это противоречие никуда не исчезло: Вэнс последовательно выступает за более осторожное отношение к военному вмешательству и действиям Израиля, тогда как Рубио представляет значительно более жёсткую линию. Белый дом наличие раскола отрицает, однако различие подходов двух ближайших соратников Трампа проявлялось неоднократно.
Победа любой ценой по-амеркански
На сегодняшний день Трамп отверг последнее иранское предложение о прекращении боевых действий и открытии Ормузского пролива. На вопрос, возможно ли возобновление масштабных американских бомбардировок после ноябрьских промежуточных выборов, президент США ответил: «Возможно».
Тем временем Вашингтон перебрасывает на Ближний Восток третий авианосец и ещё 10 тысяч военнослужащих. А Сенат 24 сентября перевесом всего в один голос отклонил резолюцию, которая ограничила бы возможность президента наносить новые удары по Ирану. Одновременно американские военные сталкиваются с проблемой расходования ракет и боеприпасов, а Тегеран готовится к возможному новому раунду войны.
Иранский вопрос станет ответом
Поэтому вопрос сейчас не в том, хочет ли Вашингтон воевать с Ираном. Вопрос гораздо шире: что делать США – возвращаться к доктрине Монро или бороться за прежнюю роль мирового гегемона?
Если Вашингтон снова пойдёт на масштабную войну с Ираном, ответ фактически будет дан. США попытаются продолжить сидеть на двух стульях, а точнее — в двух полушариях. Если же возобладает линия Вэнса и Колби, иранский конфликт придётся каким-то образом сворачивать. При этом нужно найти возможность объявить поставленные задачи выполненными, чтобы сохранить лицо и вернуться к первоначальной стратегии концентрации сил в западном полушарии.
Именно поэтому очередная пауза вокруг Ирана может оказаться обманчивой. Америка пока не выбрала дорогу. А сделать этот выбор ей всё равно придётся.
Не ждали
И прежде всего потому, что за два океана от «крепости Америка» вырос соперник, которого Соединённые Штаты уже не могут позволить себе не учитывать. «Книга перемен» неоднократно писала о том, как Китай наращивает мощь. КП уже неоднократно в своих публикациях показывала как страна превратилась в крупнейший промышленный центр мира, сосредоточила у себя огромную часть мировой промышленной роботизации и ключевые мощности по переработке редкоземельных элементов, получила собственные рычаги в финансовых отношениях с США и продолжает укреплять военные возможности.
Усиление Китая становится особенно заметным на фоне относительного ослабления американского доминирования. Именно поэтому для Вашингтона вопрос о том, где и на что расходовать свои ресурсы, перестал быть теоретическим.
Показательный пример — Тайвань. США обязались помогать острову поддерживать возможности для самообороны, однако исполнение этих обязательств всё заметнее отстаёт от политических деклараций. Вашингтон по-прежнему вооружает Тайвань, но делает это значительно медленнее, чем того требует растущая военная мощь Китая.
Показательно, что следующий пакет американских вооружений примерно на $14 млрд уже несколько месяцев остается предметом политического торга с Пекином. Поставки на остров идут с опозданием и зачастую в устаревшей комплектации.
Шэньчжэнь: место, где придётся выбирать
Ответ может появиться уже совсем скоро. 18–19 ноября в китайском Шэньчжэне состоится саммит лидеров АТЭС (Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество). Дональд Трамп намерен участвовать в мероприятии, в рамках которого ожидается встреча Владимира Путина с Си Цзиньпином. Москва не исключает и очень необычного формата — трёхсторонней встречи Путина, Си и Трампа. Впрочем, пока она не согласована.
Но возможная повестка уже начинает проступать. На сентябрьской встрече с Си Трамп сам предложил трёхсторонние переговоры США, Китая и России по контролю над вооружениями. Тогда же Вашингтон и Пекин обсуждали Иран, а вопрос американских поставок оружия Тайваню остался нерешённым.
Поэтому, если три лидера действительно встретятся в Шэньчжэне, главным предметом разговора может оказаться гораздо более широкий вопрос, чем Украина: как три крупнейшие военные державы будут сосуществовать в мире, где Соединённые Штат уже не могут распоряжаться ресурсами так, словно серьёзного соперника у них нет.
